Годовщина Чернобыльской аварии

В ночь с 25 на 26 апреля 1986 года на Чернобыльской атомной электростанции случилась одна из самых ужасных техногенных аварий в истории нашей страны – ядерная катастрофа.

Прошло более трех десятков лет, казалось, что растворились страхи, утихли эмоции. Но сегодня, когда всё чаще говорят об угрозе применения ядерного оружия, мы вновь вспоминаем те страшные последствия чернобыльской аварии... Мы знаем, что это такое и не хотим повторения.

Более 530 тысяч человек (в том числе 175 тысяч ликвидаторов) нашей страны получили дозы облучения, что привело к тяжелым последствиям для здоровья. Радиация надолго оставила след в жизни каждого из них. Среди тех, кого коснулась Чернобыльская авария, были и наши земляки – жители Прохоровского района – 35 человек, многих из них уже нет в живых.



Ликвидатор ЧАЭС Немцев Николай Петрович (с. Журавка) рассказывал, что в 1986 году они до последнего момента не понимали, куда их направили. Пресса молчала, от людей скрывали, что на атомной станции произошел взрыв. В Чернобыль его отправили как военнослужащего, находящегося в резерве. Николай Петрович рассказал, что никакой паники среди направленных в Чернобыль ликвидаторов, не было.



«Я прибыл в Чернобыль 5 мая как резервист. Мы не знали, куда едем. Все было засекречено. Когда стали пересекать границу у Харькова, узнали, что что-то там горит. Ну, горит и горит. Потом уже выяснилось, что введено военное положение».
По воспоминаниям Николая Петровича атмосфера в тех местах напоминала Великую Отечественную войну. На Украину шли эшелоны с людьми, бронетехникой, строительными материалами. Пустующие дома и целые города выглядели устрашающе. В зараженной зоне он находился около двух с половиной месяцев – до 15 июля 1986 года.
За время работы его вес с 90 кг снизился до 62 кг, а под конец вынужденной командировки у 28 летнего парня начали отказывать ноги…

Из воспоминаний Черкашина Юрия Владимировича (10.01.1966 г.р. п. Прохоровка) «В 1986 году я поступил в Белгородскую специализированную школу милиции. Осенью 1987 года весь наш курс, а это где-то около ста человек отправили на охрану общественного порядка и имущества в выселенной зоне, в 30 км от Чернобыля со стороны республики Беларусь. Работали на границе двух районов – Брагинского и Хойницкого. В выселенной зоне выставляли посты и осуществляли пропускной режим из зоны отчуждения. Находились там мы 45 суток, сколько получили облучения, никто нам не говорил, специальные накопители мы сдали и нам сказали, что все в пределах нормы, но здоровье, конечно, было подорвано. Я лично работал на автомобиле ГАЗ-52, развозил людей, и продукты, расставлял посты. Расселили нас в школе, местное население относилось к нам очень хорошо».
Из воспоминаний Иванова Виктора Андреевича (31.10.1966 г.р., п. Политотдельский) «Какие впечатления вынес из зоны катастрофы? Поначалу, мне кажется, мы не полностью осознавали всю опасность, которая постоянно витала над нами и вокруг нас - на каждом шагу. Была поставлена задача, и мы честно выполняли ее.


Поражали, конечно, масштабы беды, обрушившейся на всех. Было как-то дико видеть: ездишь по дороге, а ее моют помногу раз за день специальными растворами. Да так, что от них трасса буквально белая. И то, что по обочинам стояли предупреждающие знаки: "Съезд запрещен - радиация" удивляло и настораживало.
На обочинах работали сотни людей и землеройной техники - снимали зараженный грунт на несколько метров вглубь, чтобы обезопасить проезд. Могу сказать, к примеру, когда я однажды съехал на обочину, то меня на следующем же посту остановили и немедленно отправили на ПУСО (пункт ускоренной санитарной обработки). Вот так и понималось, что находится вокруг тебя, когда реально слышишь "голос" радиации!
Можно посмотреть на стрелку прибора и зримо увидеть, куда она клонит. В наушниках постоянно треск. И даже после обработки дезактивирующими растворами, когда краска буквально слезает с металла, уровень радиации остается высоким.
Поражали поля, заросшие бурьяном, - выше человеческого роста, пустые села, кладбища автомашин, абсолютно новых, которые и сделали-то всего по 2-3 рейса на станцию.


Запомнились, конечно, люди с их героизмом и чувством долга, почти без особых средств защиты, кроме как марлевых повязок, работавшие и день, и ночь, ликвидируя последствия катастрофы. Каждый вносил свою частичку в общее дело ради будущего, порой не задумываясь о себе».
Прошло уже более 30 лет, а черный день Чернобыльской трагедии продолжает волновать людей: и тех, кого он зацепил своим черным крылом, и тех, кто позднее родился далеко от искалеченной земли. Этот день не прошел бесследно, он расплодил по миру много трагедий; он будет всегда объединять всех одним воспоминанием, одной печалью, одной надеждой, что такого больше никогда не повторится.

  •   

Карта