Бородина С.В. 1-я танковая армия в боях на Курской дуге и в Прохоровском сражении

В 2023 году исполнится 80 лет со дня начала Курской битвы. Поэтому не удивительно, что мы вновь и вновь обращаемся к событиям июльских дней 1943 г., изучаем архивные документы, воспоминания участников сражений и боев. Это огромный пласт военной истории, над которым вот уже многие десятилетия трудятся историки, журналисты, писатели.

Значительный вклад в достижение победы в Курской битве внесла 1-я танковая армия, принявшая на себя удар отборных соединений вермахта. В последние годы о танковой армии вышло немало книг [1]. А сколько воспоминаний, очерков, книг, статей, публикаций и монографий посвящено Михаилу Ефимовичу Катукову, смелым подвигам танкистов - «катуковцев» – и не счесть!

1-я гвардейская танковая армия ведет свою историю от 1-й танковой армии (2-го формирования), сформированной в соответствии с директивой Ставки ВГК от 30 января 1943 г. на Северо-Западном фронте на базе полевого управления 29-й армии в районе г. Осташков с непосредственным подчинением Ставке. В ее состав вошли 3-й механизированный, 6-й танковый корпуса, три лыжные бригады, другие соединения и части. Командующим армией был назначен гвардии генерал-лейтенант танковых войск М.Е. Катуков, членом Военного совета – генерал-майор Н.К. Попель, начальником штаба – генерал-майор Н.С. Дронов [2]. В середине февраля армия была включена в Особую группу войск генерал-полковника М.С. Хозина, но уже 23 февраля выведена в резерв Ставки ВГК [3].

Боевой путь 1-й танковой армии неразрывно связан с её первым командующим – выдающимся советским полководцем дважды Героем Советского Союза маршалом бронетанковых войск Михаилом Ефимовичем Катуковым. Он начал службу в Красной армии в 1919 году. В начале Великой Отечественной войны Михаил Ефимович командовал 20-й танковой дивизией, входившей в 9-й механизированный корпус, затем 4-й танковой бригадой, которую за успешные боевые действия в октябре 1941 г. на Орловско-Тульском направлении 11 ноября преобразовали в 1-ю гвардейскую танковую бригаду. В апреле 1942 г. М.Е. Катуков возглавил 1-й танковый корпус, участвовал в летних сражениях под Воронежем [4]. С января 1943 года до конца войны командовал 1-й танковой армией (с апреля 1944 переименована в 1-ю гвардейскую танковую армию). В 1943 году армия под его командованием участвовала в Курской битве, в Белгородско-Харьковской операции и с конца декабря – в Житомирско-Бердичевской операции, освобождая Украину.

Войска 1-й танковой армии к 1 апреля 1943 г. сосредоточились в районе Обояни. Начиная с апреля, соединения и части армии пополнялись танками, а 28 апреля Ставка Верховного Главнокомандования передала 1-ю танковую армию в состав Воронежского фронта, приказав доукомплектовать её личным составом и боевой техникой до штатных норм.

В середине мая в 1-ю танковую армию прибыли 8-я зенитно-артиллерийская дивизия, 385-й авиаполк связи (19 самолётов По-2), 83-й полк связи, 35-й автотранспортный полк, 6-й и 7-й ремонтно-восстановительные батальоны и девять госпиталей. 3-й механизированный корпус получил 1707-й зенитно-артиллерийский полк, а 6-й танковый – 85-й мотоциклетный батальон. В оба корпуса прибыло по авиазвену связи (три самолёта По-2).

26 мая началось формирование 31-го танкового корпуса. В его состав вошли 100, 237 и 242-я танковые бригады (две последних формировались на базе отдельных танковых полков армии), 145-й сапёрный батальон и 692-й батальон связи. Командиром корпуса был назначен полковник Д.Х. Черниенко, командовавший до этого 49-й танковой бригадой; штаб возглавил полковник И.И. Пименов.

К лету 1943 года на советско-германском фронте сложилось следующее положение: в результате зимних боев в районе г. Курска была освобождена значительная часть советской территории, в результате чего линия фронта приобрела очертание выступа. С конца марта по июль 1943 г. на этом участке фронта наступила так называемая стратегическая пауза. Обе стороны, и гитлеровское командование, и Ставка ВГК разрабатывали планы и осуществляли подготовку к летней кампании 1943 г.

Германское командование планировало летом провести операцию по ликвидации Курского выступа и разгрому советских войск, занимавших здесь оборону, надеясь вернуть утраченную стратегическую инициативу. Был разработан план наступательной операции, получившей кодовое название «Цитадель». Планом предусматривалось сходящимися ударами с севера (группа армий «Центр», командующий – генерал-фельдмаршал Г. Клюге) и юга (группа армий «Юг», командующий – генерал-фельдмаршал Э. Манштейн) в общем направлении на Курск окружить и уничтожить войска Красной армии, находящиеся в выступе, а затем, в случае успеха, провести операцию по разгрому войск Юго-Западного фронта.

Руководство Германии прилагало огромные усилия, чтобы создать к лету 1943 года превосходство в силах на советско-германском фронте. Для проведения операции «Цитадель» германское командование привлекало отборные войска вермахта и наиболее опытных генералов. На курском направлении были сосредоточены огромные силы [5].

Группировка немецких войск на южном фасе Курской дуги, противостоящая войскам Воронежского фронта, имела в своём составе на 5 июля 1943 г. более 1476 танков, в их числе 204 «пантеры» и 102 «тигра», 244 штурмовых орудия StuG, 113 самоходных орудий «мардер», 45 самоходных орудий «насхорн», около 40 самоходных орудий «грилле», 40 «хуммель», 54 «веспе» [6]. Все немецкие дивизии и приданные части были полностью укомплектованы личным составом и боевой техникой.

Перед началом операции Воронежский фронт (командующий – генерал армии Н.Ф. Ватутин) имел в своем составе: первый эшелон – 38 А (командующий – генерал-лейтенант Н.Е. Чибисов), 40 А (командующий – генерал-лейтенант К.С. Москаленко, 6 гв. А (командующий – генерал-лейтенант М.Е. Чистяков), 7 гв. А (командующий – генерал-лейтенант М.С. Шумилов), второй эшелон – 1гв. ТА (командующий – генерал-лейтенант М.Е. Катуков), 69 А (командующий – генерал-лейтенант В.Д. Крюченкин), резервы: 5 гв. Сталинградский (командир – гвардии генерал-лейтенант танковых войск А.Г. Кравченко), 2 гв. Тацинский тк (командир – гвардии полковник А.С. Бурдейный), 2 тк (командир – генерал-майор танковых войск А.Ф. Попов), 35 гв. стрелковый корпус.

В соответствии с планом командующего Воронежским фронтом предусматривалось следующее использование 1 ТА в ходе операции. При нанесении противником главного удара из района Томаровка, Белгород в направлении Обояни 1 ТА, взаимодействуя с 5-м гв. Сталинградским и 2-м гв. Тацинским танковыми корпусами, а также с частями 69 А, осуществляет контрудар в общем направлении на Вознесеновку, Белгород. При ударе противника из района Белгорода на Корочу 1 ТА, во взаимодействии с теми же соединениями, наступает в направлении Корочи. В случае наступления противника на стыке Воронежского и Юго-Западного фронтов, 1 ТА в действие не вводится и остаётся на месте.

Кроме подготовки контрударов в указанных направлениях перед 1 ТА ставилась задача подготовить оборону: 3 мк (командир – генерал-майор танковых войск С.М. Кривошеин) на рубеже населённых пунктов Студёнок, свх. Сталинский, Владимировка, Орловка и 6 тк (командир – генерал-майор танковых войск А.Л. Гетман) по северному берегу р. Псёл. При этом контрудар в южном направлении (Обоянь, Белгород) считался основным вариантом действий армии.

После уяснения полученной задачи и всесторонней оценки обстановки командующий армией генерал Катуков принял решение о нанесении контрударов в указанных направлениях. Контрудар в южном направлении, на котором армии пришлось сражаться, он решил нанести с рубежа населённых пунктов Завидовка, Яковлево, имея в первом эшелоне 6 тк и 3 мк, а во втором эшелоне 31 тк (командир – генерал-майор танковых войск Д.Х. Черниенко).

С командным составом армии, до командиров рот и батарей включительно, и штабами была произведена рекогносцировка местности, определены рубежи развёртывания войск и маршруты выдвижения к ним, намечены огневые позиции артиллерии и места пунктов управления.

В первый день оборонительного сражения (5 июля) соединения 1 ТА находились в районах сосредоточения в готовности к маршу.

В 16.40 штаб армии получил приказ командующего Воронежским фронтом: «К 24.00 5 июля 1943 г. два своих корпуса выдвинуть на второй оборонительный рубеж 6-й гв. армии и прочно занять оборону: 6 тк на рубеже Меловое, Раково, Шепелевка; 3мк на рубеже Алексеевка, Яковлево; 31 тк расположить в обороне на месте 3 мк на рубеже Студенок, свх. Сталинский, Владимировка, Орловка.

Задача:

1) Ни при каких обстоятельствах не допустить прорыва противника в направлении Обояни. Быть в готовности с рассветом 6 июля 1943 г. перейти в контрнаступление в общем направлении на Томаровку.

2) Танки в обороне окопать и тщательно замаскировать.

3) Потребовать от войск максимального напряжения для выполнения поставленной боевой задачи.

К 24.00 5 июля 1943 г. в район Тетеривино выдвигается 5-й гв. Сталинградский танковый корпус; в район Гостищево к 24.00 5 июля 1943 г. выходит 2-й гв. Тацинский танковый корпус – оба в готовности с рассветом 6 июля 1943 г. перейти в решительное наступление в направлении Раково, Белгород».

Выполняя приказ командующего фронтом, 6 и 31-й танковые корпуса с наступлением темноты выступили каждый по двум заранее намеченным маршрутам для занятия указанных им рубежей обороны. К рассвету 6 июля 1943 г. танковая армия была готова к оборонительному бою с наступающим противником на занятом рубеже.

В течение ночи с 5 на 6 июля 1943 г. противник подтягивал резервы танков и пехоты к переднему краю и с 5.00, силою в 20–30 танков и свыше батальона пехоты, начал наступление на Яковлево при поддержке артиллерии и 50–100 самолётов. Встреченный огнём танков 2 тб 1 гв. тбр из засад, противник отошел в исходное положение.

6 июля сломив сопротивление 67 и 52 гв. сд и прорвав оборону 51 гв. сд 6 гв. А, противник возобновил наступление. Авиация противника группами по 70–80 самолётов беспрерывно бомбила боевые порядки 6 тк и 3 мк, особенно сильный удар наносила по району Яковлево, Покровка.

Из боевого пути 1 гв. ТА: «В 11.30 крупные силы пехоты и танков противника перешли в наступление в направлении Яковлево и начали развивать успех, нанося главный удар в стык между 3 мк 1 ТА и 5-м гв. Сталинградским танковым корпусом <…>

Первыми к переднему краю обороны 1 ТА подошли подразделения разведки и охранения противника и завязали бой с танками, находившимися в засадах. Вскоре начали развёртываться в боевые порядки главные силы гитлеровских дивизий. Напряжённые бои шли в полосе обороны 3-го механизированного корпуса. Здесь немецкое командование ввело в сражение три танковые дивизии. 1-й механизированной бригаде полковника Ф.П. Липатенкова и 10-й механизированной бригаде полковника И.И. Яковлева пришлось отражать наступление моторизованной дивизии "Великая Германия", а 3-й механизированной бригаде полковника А.X. Бабаджаняна – удар 11-й танковой дивизии, поддержанных массированными ударами авиации».

Не достигнув успеха в направлении Яковлево, противник основными силами (300–350 танков) перешёл в наступление на Лучки.

Из воспоминаний командующего 1-й танковой армией генерала М.Е. Катукова: «В районе Яковлево оборону занимала 1гв. тбр В.М. Горелова вместе с частями 51 гв. сд. Н.Т. Таварткиладзе. Против них наступала танковая дивизия СС "Адольф Гитлер". Вдоль шоссе Белгород – Обоянь двинулось до 120 танков противника. Первый удар принял на себя 2-й танковый батальон гвардии майора С.И. Вовченко, который имел к этому времени всего 10 машин. Тем не менее он смело вступил в бой с 70 танками противника.

Закопанные машины подпускали гитлеровцев на расстояние прямого выстрела. В этом бою отличился командир взвода лейтенант В.С. Шаландин[7]»[8].

Не добившись успеха в лобовой атаке на Яковлево, гитлеровцы бросили главные силы (танковые дивизии СС «Адольф Гитлер» и «Райх») в обход Яковлевского района обороны с востока в направлении населённого пункта Лучки Южные.

Из боевого пути 1 гв. ТА: «Таким образом, соединения 1-й танковой армии в течение дня отбили от трёх до восьми танковых атак и удержали занимаемые позиции. Танки противника, прорвавшиеся на некоторых участках в полосе 3 мк, были уничтожены огнём противотанковых ружей и гранатами.

Ход боевых действий 6 июля показал, что намечавшийся командующим фронтом совместный удар 1-й танковой армии и двух отдельных танковых корпусов не состоялся, так как противник, введя крупные танковые силы, захватил инициативу в свои руки и потеснил части 6 гв. А ко второму армейскому оборонительному рубежу. Однако противник не ожидал встретить столь мощный и организованный отпор на этом рубеже и вынужден был в течение дня изменить направление главного удара и перенести центр своих усилий к востоку от шоссе Белгород – Обоянь. В итоге за 6 июля противник продвинулся в глубину до 11 км, но понёс при этом большие потери в танках и пехоте».

Схема боевых действий 1-й танковой армии, 5-11 июля 1943 г.

К исходу дня [7 июля] 1-я танковая армия с частями 90-й гвардейской стрелковой дивизии занимала оборону на рубеже Луханино, Красная Дубрава, западная часть Мал. Маячки, Грязное. В связи с выходом противника к Красному Октябрю и совхозу «Комсомолец» создалась угроза удара немецких войск на Прохоровку и последующего развития наступления на Обоянь с юго-востока. Поэтому командующий фронтом и командующий 1-й танковой армией усиливают это направление. 31-му танковому корпусу была придана 29-я истребительно-противотанковая бригада и 1244-й истребительно-противотанковый артиллерийский полк. 52-я гвардейская дивизия к исходу 7 июля заняла оборону по северному берегу р. Псел на участки Ключи, Полежаево с целью не допустить выхода германских войск на северный берег реки. Одновременно командующий 1-й танковой армией производит перегруппировку сил армии [9].

Танковые дивизии противника продолжали упорные атаки на обояньском направлении, пытаясь кратчайшим путем выйти в район Курска. С целью срыва наступления противника вдоль шоссе на Обоянь наши войска с 8 июля начали наносить удары по флангам вклинившейся вражеской группировки. Их активные действия оттянули на себя часть сил противника и уменьшили его натиск в северном направлении. Упорные попытки врага в течение 7, 8 и 9 июля прорвать нашу оборону на обояньском направлении были сорваны стойкостью войск 6-й гвардейской и 1-й танковой армий. Противнику удалось лишь медленно продвигаться вперед. К исходу 9 июля он вклинился в нашу оборону на 35 км и вышел на узком участке к армейской полосе обороны. Здесь враг был остановлен [10].

1 ТА в ночь с 10 на 11 июля командующий Воронежским фронтом поставил задачу: «Имея в своём составе 6, 10, 31-й танковые корпуса, 3-й мехкорпус, 5-й гв. Сталинградский танковый корпус, 204, 309 сд и артиллерийские части усиления, частью сил не допустить прорыва противника в северном направлении на рубеже Круглик – Ольховатка, главными силами с рубежа 1-я Александровка, Новенькое, во взаимодействии с 6 гв. А, нанести удар в общем направлении на юго-восток, с задачей овладеть Яковлево, Покровкой и совместно с 6 гв. А и 5 гв. ТА окружить прорвавшуюся подвижную группировку; в дальнейшем развивать успех на юг и юго-запад» [11].

В соответствии с приказом командующего фронтом 1 ТА со второй половины дня 11 июля 1943 г. И в ночь на 12 июля 1943 г. произвела перегруппировку, имея задачей не допустить прорыва противника на север, а в случае отхода последнего на юг – перейти в наступление.

12 июля противник развернул наступление на прохоровском направлении, рассчитывая обойти Обоянь и с востока пробиться к Курску. Утром этого дня в соединениях 1 ТА, которые планировалось использовать для нанесения контрудара, насчитывалось около 220 танков. Начав наступление с 9.00, соединения 1 ТА в течение дня 12 июля 1943 г. вели бои:

«5 гв. тк, сломив сопротивление двух батальонов пехоты противника с танками, в течение дня овладел Чапаевом и к 17.00 12 июля 1943 г. вышел северо-западнее окраины Раково и высоты 243,8, встречая упорное сопротивление из Раково и фланговый огонь из направления Берёзовки. В дальнейшем успеха не имел.

10 тк очистил от мелких групп противника ур. Толстое и к исходу дня 12 июля 1943 г. вёл бой на рубеже северо-западнее окраины Берёзовки и рощ севернее Берёзовки.

6 тк в течение дня продолжал занимать оборону рубежа Новосёловка 2-я, высота 208,0, высота 222,8, западная окраина Новенького, высота 250. В ночь на 13 июля 1943 г. сосредоточился в районе ур. Толстое.

204 и 309сд, 3 мк и 31тк, встречая упорное сопротивление противника из района северная окраина Верхопенья, Новосёловка, ур. Ситное, северо-восточная окраина Кочетовки, успеха в продвижении не имели и, отбивая контратаки противника, продолжали удерживать занимаемые рубежи».

М.Е. Катуков вспоминал: «На долю 1-й танковой армии в Прохоровском сражении выпала хотя и вспомогательная, но не последняя роль. Под Прохоровкой положение гитлеровцев ухудшалось с каждым часом, а подбросить туда что-либо за счет нашего фронтового участка они не могли.

Однако и корпусам Кравченко и Буркова, наносившим контрудар на узком фронте сравнительно небольшими силами, тоже приходилось нелегко. Немцы встретили их сильным заградительным огнем. Над боевыми порядками наступающих танкистов появилась бомбардировочная авиация» [12].

Из частей 1-ой танковой армии непосредственное участие в прохоровском сражении принял 31-й танковый корпус. Ведя бои в течение нескольких дней с 8-го по 14 июля. Вот лишь несколько примеров из боевого пути 31 тк: «8 июля на позиции 31-го танкового корпуса наступало около 200 танков с пехотой. Группами по 50–60 самолётов непрерывно бомбила вражеская авиация. Исключительно напряжённый бой длился весь день. Гитлеровцы несли большие потери. Измотаны были и войска корпуса. 242-я бригада, имея только 20 танков, успешно отражала попытки свыше 60 танков и батальона пехоты противника захватить Сухо-Солотино. 100-я бригада, обороняясь 27 танками в восточной части Кочетовки, сдерживала натиск около 70 танков с батальоном мотопехоты. Подразделения противника, прорвавшиеся к переправе, были отброшены контратакой.

В 237-й бригаде осталось 19 танков, но она, закрепившись в северо-восточной части Кочетовки, успешно противостояла 80 гитлеровским танкам с пехотой. В районе высоты 299,6 большой урон врагу нанёс танк "Тамбовский колхозник", которым командовал лейтенант Кривоженко. За один день экипаж уничтожил четыре боевые машины, несколько автомобилей и более 60 гитлеровцев».

«11 июля 31 тк ставилась задача прочно удерживать занимаемый рубеж на левом фланге армии и, во взаимодействии с 309 сд, не допустить прорыва врага на Обоянь. В случае обнаружения отхода противника без промедления начать преследование в общем направлении Красная Поляна, Яковлево. К 18.00 11 июля был получен приказ командира корпуса оборонять район отдельными танковыми засадами, расположенными в боевых порядках 955 сп. Основную часть танков иметь в готовности для действий в южном направлении. Все поставленные в засады танки окопать и тщательно замаскировать. Расставить их так, чтобы они могли вести фланговый огонь, видели друг друга и поддерживали огнём» [13].

После 19 июля 1-я танковая армия стала готовиться к новым боям, теперь уже наступательным. М.Е. Катуков вспоминал: «Восстановление танкового парка стало нашей главной задачей. Напомню, 631 боевая машина была в армии перед началом Курской битвы. К концу июля нам удалось за счет восстановленных своими силами танков довести их число до 500. С ними потом и пошли в наступление».

Подведем итоги: 1-я танковая армия полностью выполнила задачу, поставленную командованием Воронежского фронта, – не допустить прорыва противника на Обоянь. В тяжёлых, многодневных боях, уничтожая боевую технику и живую силу, 1 ТА остановила наступавшего противника и создала предпосылки для последующего контрнаступления советских войск на Белгородском направлении.

«На общем фоне развернувшихся летом 1943 года боёв оборонительная операция 1 ТА выглядит как одна из ярчайших, крупных деталей, лёгших в основу катастрофы фашистской армии» [14]. Войска 1 ТА в тяжёлых боях с 5 по 18 июля 1943 г. получили боевой опыт в применении различных методов борьбы. В ходе боевых действий танковые армии вынуждены были во взаимодействии с другими родами войск отражать массированные удары противника, сочетая ведение танковых контратак по прорвавшимся группам танков и пехоты с действиями огнем с места из "окопанных" танков [15].

24 июля Верховный Главнокомандующий Маршал Советского Союза И.В. Сталин объявил благодарность всем войскам, принимавшим участие в битве на Курской дуге, в том числе и 1 ТА, за мужество и стойкость, проявленные в обороне на Курском выступе.

Командование и Военный совет Воронежского фронта высоко оценили боевые действия 1-ой танковой в оборонительных сражениях на Курской дуге. В донесении в Ставку говорилось: «Командованием Воронежского фронта 1-й танковой армии была поставлена задача разгромить наступающие войска на белгородском направлении. Несмотря на численное превосходство сил противника на ряде участков фронта ни одна часть, ни одно соединение армии не дрогнуло и не отошло ни на один метр без приказа старшего командира. Весь личный состав армии стойко и героически сражался… Каждый боец и командир стояли насмерть и не пропустили врага. Успех в этих боях явился результатом хорошей выучки бойцов и командиров, результатом массового героизма личного состава и всех частей армии» [16].

М.Е. Катуков в своих воспоминаниях останавливается на танковых аспектах Курской битвы: «Опыт Курской битвы не утратил своей поучительности и до сих пор. По существу, впервые в истории войны массированное применение бронетанковых войск оказало решающие влияние на исход не только армейских, но и фронтовых операций. Именно в сражении на Курской дуге советские танковые армии показали, что они способны решать крупные оперативно-стратегические задачи как в обороне, так и в наступлении. Там, где стояла бронетанковая техника, противнику так и не удалось прорвать оборону на всю глубину» [17].

Проходят годы. Живет в народе память о Михаиле Ефимовиче Катукове. Его именем назван гвардейский полк, улицы в Москве и других городах страны. О нем рассказывается во многих музеях, в том числе в музее-заповеднике «Прохоровское поле».

Музей хранит память о том, как танкисты 1 ТА здесь, на нашей родной земле, стояли насмерть в смертельной схватке с нацизмом. Они не только выстояли, но и победили. Имя М.Е. Катукова – на одной из шести гранитных плит с информацией о войсках, участвовавших в Курской битве. На стелах с перечнем Героев Советского Союза – участников Курской битвы – имя В.С. Шаландина, командира взвода 1-й гвардейской танковой бригады, подвиг которого является символом настоящей отваги. Эти плиты и стелы расположены у входа в музей Третье ратное поле России.

В фондах музея хранятся личные вещи дважды Героя Советского Союза, командующего 1-й гвардейской танковой армии Михаила Ефимовича Катукова: плащ с погонами маршала бронетанковых войск, парадная рубашка с галстуком, фуражка, трость, вымпел 1-й гвардейской танковой бригады и книга его супруги Екатерины Сергеевны.

Эти экспонаты передали в музей 14 августа 2013 г. участники делегации из Москвы – дети и внуки бойцов 1-й танковой армии [18].

В музее бронетехники, открытом 27 января 2017 г., часть экспозиции посвящена танкистам – асам, представлены портреты и биографии: Д.Ф. Лавриненко, В.А. Бочковского, В.Я. Стороженко и А.Г. Ачкасова. Объединяет этих воинов то, что служили они под началом М.Е. Катукова. Более подробная информация о них, и других выдающихся танкистах размещена в сенсорном киоске.

Из наградного листа Лавриненко Б.Ф.

ЦАМО, Ф. 33. Оп. 682526. Ед. хр. 1564.

Фонды музея располагают личными вещами Героя Советского Союза Владимира Александровича Бочковского, особенно ценные из них – наградной лист о присвоении звания Героя Советского Союза, журнал боевых действий 2 отб 1-й гвардейской, Чертковской, дважды ордена Ленина, Краснознаменной, орденов Суворова, Кутузова, Богдана Хмельницкого танковой бригады с 13.12.1941 по 28.07.1943 г. Эти и другие личные вещи Катукова М.Е. и Бочковского В.А. экспонируются на выставках, в том числе внутрироссийских (напр. на выставке в Норильске).

В библиотеке Н.И. Рыжкова любой желающий может прочесть книгу Екатерины Сергеевны Катуковой «Памятное», на форзаце которой, дарственная надпись автора от 14.07.2006 года.

О боевых действиях 1-й танковой армии, ее соединений и о примерах героизма танкистов ежегодно звучат доклады на международных конференциях, которые проводятся музеем-заповедником «Прохоровское поле» с 2013 года.

Таким образом, память об участии 1-й танковой армии в Курской битве, бережно хранится сотрудниками музея-заповедника «Прохоровское поле».

  1. Вареник В.П. Первая танковая. (2015); Небольсин И.П. Первая из Гвардейских. 1-я танковая армия в бою.(2016); о боевом пути 1-й танковой армии см.: военно-исторический труд Военной академии Генерального штаба ВС РФ «Стальная гвардия Отечества» (2016).
  2. ЦАМО РФ. Ф. 148а. Оп. 3763. Д. 103. Л. 245–247.
  3. Стальная гвардия Отечества. М.: ВАГШ, 2016. С. 177.
  4. Небольсин И.И. Первая из Гвардейских. 1-я танковая армия в бою. М.: Издательство «Яуза», 2016. С. 13.
  5. Соловьев Б.Г. Битва на Огненной дуге. Белгород: Изд. Фоминой Н.Б., 2003. С. 84.
  6. Небольсин И.И. Первая из Гвардейских. 1-я танковая армия в бою. М.: Издательство «Яуза», 2016. 1056 стр. Электронный ресурс: http://iknigi.net/avtor-igor-nebolsin/111473-pervaya-iz-gvardeyskih-1-ya-tankovaya-armiya-v-boyu-igor-nebolsin/read/page-11.html (дата обращения: 20.03.2018).
  7. Вальдемар Сергеевич Шаландин – командир взвода 1-й гвардейской танковой бригады, гвардии лейтенант, Герой Советского Союза (посмертно). 6 июля 1943 г. выполнял приказ командования не пропустить крупные силы танков противника к д. Яковлево. Несмотря на беспрерывную бомбёжку с воздуха и артиллерийский огонь противника, Шаландин в течение 10 часов вёл бой с врагом. Отбивая танковые атаки противника, уничтожил 3 танка, включая «тигр», 3 ПТО и до 40 гитлеровцев. Гвардии лейтенант Шаландин сгорел вместе с танком на месте, где было приказано держать оборону его взводу.
  8. Катуков М.Е. На острие главного удара. М.: Воениздат, 1974. С. 219, 220, 222.
  9. Колтунов Г.А., Соловьев Б.Г. Курская битва. М.: Воениздат, 1970. С. 154.
  10. Соловьев Б.Г. Битва на Огненной дуге. Белгород: Изд. Фоминой Н.Б., 2003. С. 92.
  11. Небольсин И.И. Первая из Гвардейских. 1-я танковая армия в бою. М.: Издательство «Яуза», 2016. 1056 стр. Электронный ресурс: http://iknigi.net/avtor-igor-nebolsin/111473-pervaya-iz-gvardeyskih-1-ya-tankovaya-armiya-v-boyu-igor-nebolsin/read/page-11.html(дата обращения: 3.04.2018).
  12. Катуков М.Е. На острие главного удара. М.: Воениздат, 1974. С. 236, 237.
  13. Небольсин И.И. Первая из Гвардейских. 1-я танковая армия в бою. М.: Издательство «Яуза», 2016. 1056 стр. Электронный ресурс: http://iknigi.net/avtor-igor-nebolsin/111473-pervaya-iz-gvardeyskih-1-ya-tankovaya-armiya-v-boyu-igor-nebolsin/read/page-11.html (дата обращения: 2.04.2018).
  14. ЦАМО РФ. Ф. 335. Оп. 5113. Д. 150. Л. 27.; Приводится по: Стобова Г.В. Танкист из легенды. Белгород, 2006. С. 24.
  15. Сборник материалов по изучению опыта войны № 11. Март–апрель 1944 г. М.: Военное издательство Народного комиссариата обороны, 1944. С. 153.
  16. Вареник В.П. Первая танковая. Обнинск, 2015. С. 154; Катуков М.Е. На острие главного удара. М., 1974. С. 239.
  17. Катуков М.Е. На острие главного удара. М., 1974. С. 240; Катуков М.Е. На острие танкового удара. М., 1985. С. 22.
  18. Сайт музея-заповедника «Прохоровское поле». Электронный ресурс: http://прохоровское-поле.рф/index.php/2017-01-11-09-20-16/16761-2013-08-14-07-22-27.html (дата обращения: 21.03.2018).

Карта